Освободили от субсидиарной ответственности топ - менеджеров должника

Защита высшего руководства компании от требований о субсидиарной ответственности при банкротстве. Юристы компании «Рыков и Партнёры» доказали правомерность действий топ-менеджеров, обосновали деловой риск и полностью предотвратили взыскание долгов компании.

Как мы выиграли апелляцию и защитили сотрудников от субсидиарной ответственности

Девятый арбитражный апелляционный суд.
Председательствующий Комаров А.А.
В акте налоговой проверки было указано, что реальными бенефициарами общества являются два начальника отделов, которые руководители обществом и принимали все ключевые решения.

Дело А40-63052/20 

Раз, два, три к ответственности привлеки!

Да, именно так! Арбитражный суд города Москвы, проведя три судебных заседания, привлек наших доверителей (начальников отделов) к субсидиарной ответственности на весь реестр кредиторов.
Представьте ситуацию: вы работаете в компании, занимаетесь своим направлением, получаете зарплату, не входите в состав участников и не являетесь директором.
А потом компания банкротится, и конкурсный кредитор заявляет, что именно вы фактически управляли бизнесом. Следом появляется требование о субсидиарной ответственности на десятки миллионов рублей.

Именно в таком положении оказались Андрей Лебедев и Леонид Сапрыкин.

Что им вменяли

ООО «Профинжлидер» было признано банкротом. Конкурсный кредитор потребовал привлечь к субсидиарной ответственности нескольких лиц, включая бывших руководителей и двух сотрудников компании — Андрея Лебедева и Леонида Сапрыкина.
Кредитор утверждал, что Лебедев и Сапрыкин являлись не просто работниками, а скрытыми фактическими владельцами бизнеса.

В обоснование ссылались на следующие обстоятельства:
- Сапрыкин руководил отделом продаж, а позднее отделом маркетинга;
- Лебедев занимал должность начальника отдела оборудования, а затем отдела закупок и логистики;
- оба участвовали в работе с сотрудниками и контрагентами;
- они проводили собеседования и координировали работу подчиненных;
- участвовали в подготовке тендерной документации;
- контактировали с покупателями и поставщиками;
- после увольнения были связаны с другой организацией, ООО «Регионстройинвест»;
- часть сотрудников и хозяйственных процессов перешла из «Профинжлидера» в эту компанию.

На основании акта налоговой проверки кредитор утверждал, что именно Лебедев и Сапрыкин фактически управляли обществом, принимали ключевые решения и определяли его деятельность.

Суд первой инстанции согласился с этими доводами и привлек их к субсидиарной ответственности.

Катастрофичность ситуации

Ситуация была не просто сложной или опасной. Она была катастрофичной.
Лебедев и Сапрыкин не были директорами и участниками общества, однако суд первой инстанции фактически приравнял их к контролирующим должника лицам.
В деле фигурировала крупная налоговая задолженность — почти 47 млн рублей. Кроме того, суд установил, что компания несвоевременно подала заявление о банкротстве.

В отношении других лиц были определены суммы ответственности:
- в отношении Натальи Некрытой — 25 717 446 руб. 97 коп.;
- в отношении Александра Шинарева — 15 589 821 руб. 96 коп.

Одновременно суд первой инстанции привлек к ответственности Лебедева и Сапрыкина как лиц, которые якобы осуществляли фактический контроль над компанией.
Если бы этот вывод сохранился, мои доверители могли бы отвечать личным имуществом по долгам организации, в которой они формально никогда не были ни директорами, ни участниками.

Как мы выстроили защиту

В апелляции мы сосредоточились на главном: необходимо было отделить управленческие полномочия директора от обычных трудовых обязанностей руководителей подразделений. Лебедев и Сапрыкин действительно выполняли значимую работу. Они руководили направлениями, координировали сотрудников, участвовали в переговорах и сопровождали сделки.

Но это еще не означает, что они могли принимать обязательные для общества решения.

Мы показали суду:
- Лебедев и Сапрыкин не входили в органы управления общества;
- они не являлись участниками компании;
- не обладали правом назначать или увольнять генерального директора;
- не распоряжались счетами общества;
- не подписывали договоры от имени компании как ее руководители;
- не определяли самостоятельно условия сделок;
- не имели полномочий давать обществу обязательные указания;
- получали обычную заработную плату и не извлекали иной личной выгоды из деятельности компании.

Начальник отдела может влиять на рабочий процесс, ставить задачи сотрудникам и участвовать в переговорах. Но фактический контроль в смысле закона предполагает не просто влияние, авторитет или профессиональную вовлеченность. Необходимо доказать реальную возможность определять действия самого юридического лица.
Акт налоговой проверки всего лишь одно из доказательств.
Одним из центральных вопросов стало значение акта налоговой проверки.
Кредитор ссылался на него как на подтверждение того, что Лебедев и Сапрыкин являлись фактическими руководителями компании.
В апелляции мы указали: акт налоговой проверки не является судебным актом и не имеет заранее установленной доказательственной силы.
Это письменное доказательство, которое суд обязан оценить вместе с другими материалами дела. Выводы налогового органа сами по себе не освобождают заявителя от обязанности доказать статус контролирующего лица.

Особенно важно было то, что содержание самого акта не являлось однозначным.

Одни сотрудники действительно говорили, что по рабочим вопросам взаимодействовали с Лебедевым и Сапрыкиным. Но другие сотрудники указывали, что:
- генеральным директором являлась Наталья Некрытая;
- именно она принимала работников на работу;
- она подписывала договоры и первичные документы;
- бухгалтерские документы находились у нее;
- она взаимодействовала с сотрудниками;
- она участвовала в поиске и выборе поставщиков и заказчиков;
- Лебедев и Сапрыкин были руководителями отдельных подразделений.

Получалось, что суд первой инстанции придал решающее значение только части показаний, проигнорировав другие сведения, содержавшиеся в том же акте.
Мы обратили внимание апелляционного суда на это противоречие.
Нельзя признать человека фактическим руководителем только потому, что часть сотрудников обращалась к нему по рабочим вопросам. Необходимо установить весь объем полномочий и доказать, что именно этот человек определял действия компании, ее сделки и финансовые решения.

Перелом в апелляции

Апелляционный суд заново оценил доказательства.
Суд установил, что отношения Лебедева и Сапрыкина с ООО «Профинжлидер» носили трудовой характер. Их должности не предполагали возможности давать обязательные для общества указания или самостоятельно определять его действия.

Апелляционный суд также указал, что:
- они никогда не входили в органы управления компании;
- не являлись ее участниками;
- презумпции контролирующего лица к ним не применялись;
- одного акта налоговой проверки недостаточно для вывода о фактическом контроле;
- иных достаточных доказательств их статуса кредитор не представил;
- конкретные действия, которые привели к банкротству или невозможности расчетов с кредиторами, не установлены.

Отдельно суд отметил, что заявитель не указал, какие именно действия или бездействие Лебедева и Сапрыкина привели к банкротству общества и почему именно они должны отвечать по его обязательствам.

Итог: Девятый арбитражный апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции в части привлечения Андрея Лебедева и Леонида Сапрыкина к субсидиарной ответственности.
В удовлетворении требований к ним было отказано.
Апелляция признала, что:
- трудовые обязанности не равны корпоративному контролю;
- участие в работе компании не означает управления юридическим лицом;
- должность начальника отдела не делает человека контролирующим должника лицом;
- акт налоговой проверки не имеет заранее установленной силы;
- для субсидиарной ответственности необходимо доказать конкретные полномочия, действия и причинную связь с банкротством.

В деле «Профинжлидера» кредитор попытался представить обычных руководителей подразделений скрытыми владельцами бизнеса. Но в апелляции мы с партнером Алексеем Михайловым показали разницу между руководством отделом и управлением юридическим лицом.
В результате суд отменил привлечение моих доверителей к субсидиарной ответственности, несмотря на первоначальный вывод суда первой инстанции о том, что они якобы контролировали должника.